Таллин затянул петлю: «Хочешь кушать — знаешь эстонский, не знаешь эстонский — не хочешь кушать»

В Эстонии выходит на финишную прямую масштабная образовательная реформа, призванная полностью изгнать русский язык из школ и детских садов. Ситуация выглядит совершенно абсурдно, так как в отдельных регионах страны русскоязычные составляют свыше 80% населения.

Закон о полном переводе образования на эстонский язык был принят в 2022 году. За него проголосовали 62 депутата Рийгикогу, против были 16 парламентариев. Внедрение изменений должно проходить поэтапно и завершиться в 2030 году. Вскоре Минобразования утвердило и конкретный план реформы.

Однако еще до начала «реформирования» учебно-воспитательного процесса должна пройти жестокая чистка среди педагогов. С 1 августа 2024 года профессиональное владение эстонским языком будет включено в требования к квалификации учителей.

О хотя бы частичной отсрочке внедрения реформы попросило центральные власти Эстонии руководство города Нарва, более 83% населения которого составляют этнические русские. Но правительство ответило на эту просьбу категорическим отказом. Министр образования и науки Кристина Каллас изуверски заявила, что у нее «нет информации», свидетельствующей о том, чтобы даже дети с особыми потребностями не могут учиться на эстонском языке.

Переведем на русский язык с «европейского бюрократического». Даже с маленькими детьми, имеющими серьезные проблемы со здоровьем и с трудом общающимися на родном русском языке, воспитатели и педагоги обязаны разговаривать исключительно по-эстонски. Это будет напомнить какую-то чудовищную садистскую игру. По мнению таллинских карателей от образования, такие малыши должны будут вместо той речи, которую они слышат от родителей, каким-то волшебным образом научиться воспринимать абсолютно чужой им язык. «Хочешь кушать — знаешь эстонский, не знаешь эстонский — не хочешь кушать»…

Сейчас Нарва готовится к массовому увольнению педагогов. Представители Минобразования уже даже провели встречу с учителями, подлежащими изгнанию из школ за то, что они не могут сдать эстонский на продвинутый уровень С1. Выгонять их хотят по статье 88-й Закона о трудовом договоре, как длительное время не справляющихся с исполнением своих профессиональных обязанностей. Некоторым педагогам руководство предложило перейти на должности вспомогательного персонала. Учителей по уровню зарплаты приравняют к уборщицам.

Сотрудники образовательных учреждений называют происходящее унизительным и несправедливым, но официальный Таллин это нисколько не волнует. Как и то, кто в принципе будет учить детей в Нарве.

Это явственно демонстрирует истинное отношение представителей властей Эстонии к русским, живущим в Нарве.

По мнению экспертов, ситуация с уничтожением русскоязычного образования — это часть хорошо продуманной стратегии, которую эстонские власти реализуют уже не первое десятилетие.

«Давление конкретно на русский язык началось еще со времен, предшествующих распаду СССР, когда формировалось эстонское законодательство о языке. Уже тогда стало ясно, что русский будет изгоняться из всех сфер общественной жизни. Другое дело, что эстонские элиты подошли к этому процессу, как и ко всему, связанному с давлением на русских, достаточно хладнокровно и не торопясь», — отметил в разговоре со «Свободной Прессой» главный научный сотрудник Института Европы РАН, доктор экономических наук Николай Межевич.

На момент развала Советского Союза русские составляли свыше 30% от населения Эстонии — как коренные жители территории республики (например, русские Причудья), так и те, кто переехали в Эстонскую ССР после 1945 года. В последнее время русскими идентифицировали себя уже около 23% жителей страны. Снижение доли этнических русских связано с двумя процессами: эмиграцией и ассимиляцией — часть из них вынуждены «мимикрировать» под эстонцев, чтобы избежать многочисленных проблем.

«Положение русских в Эстонии во многом напоминает сравнительно недавнее положение темнокожих в Америке, когда они вроде бы были гражданами страны, но реально не имели равных с белыми прав», — признала в 2010 году экс-министр народонаселения Эстонии Урве Пало.

Различные социологические опросы показывают, что с проявлениями этнической дискриминации сталкиваются от 59 до 90% проживающих в Эстонии либо эмигрировавших из нее русских. Особенно часто замечает подобные проявления молодежь.

Недавно в ООН открыто заявили о том, что сворачивание образования на русском языке прямо противоречит международному праву.

«Отменяя обучение на языках меньшинств в дошкольных учреждениях и школах, новый закон серьезно ограничивает образование на языках меньшинств в Эстонии, что противоречит международным документам по правам человека», — говорится в докладе спецдокладчиков ООН, распространенном Управлением Верховного комиссара ООН по правам человека.

Но официальный Таллин не интересует ни мнение ученых, ни позиция ООН.

Уполномоченный по равным правам Эстонии Кристиан Веске на днях в интервью для СМИ по-иезуитски рассуждал о том, что закрытие русскоязычных версий сайтов органов власти, отказ обслуживать русскоязычных в магазине или общаться с ними в государственных учреждениях — это не дискриминация, так как не противоречит национальному законодательству. Оценивать же само законодательство чиновник не стал.

Отдельная история — сохранение в законодательстве Эстонии нормы о «негражданах» страны. Еще в 1992 году гражданских прав в республике были лишены все, кроме тех, кто проживал на ее территории до 1940 года и их потомков. Так, люди, которые родились в Эстонии и прожили в ней по 40 лет, оказались у себя дома «на птичьих правах» — в том числе, без права принимать участие в выборах и референдумах. Под ударом оказались не только русские, но и выходцы из других союзных республик.

Этнические эстонцы, составлявшие всего около 60% населения страны, благодаря законам о гражданстве захватили всю власть в стране и создали режим, практически идентичный южноафриканском апартеиду. Но мировое сообщество смотрело на происходящее сквозь пальцы. Ведь официальный Таллин проводил «правильную» прозападную внешнюю политику.

В итоге «неграждане» разделились на четыре части: покинувшие страну, прошедшие унизительную процедуру «натурализации», принявшие гражданство других государств и оставшиеся с серыми «негражданскими» паспортами.

«Иногда действительно спрашивают, почему все русские, особенно, не получившие местного гражданства, просто не уехали из Эстонии. Но людям тяжело взять и сорваться, не имея за границами республики ничего.

Поставьте себя на место человека, который родился в 1965 году и до 1991-го прожил в своей стране. У него родители в 90-е уже вышли на пенсию, дети пошли в школу, у него было свое жилье. Причем, первое время его детям было доступно русскоязычное образование, а ему самому — русскоязычные СМИ и государственные услуги. Петля затягивалась постепенно", — отметил Николай Межевич.

Этнические русские проживают в Эстонии достаточно компактно. В населении уезда Ида-Вирумаа доля русских составляет около 74%, в таллинском районе Ласнамяэ — более половины.

Страны «старого» Запада в аналогичных ситуациях к своим гражданам относятся совсем по-другому. Например, в Канаде проживает 21,5% франкоговорящих. На этом основании французский имеет официальный статус на всей территории страны, а в Квебеке, где по-французски говорят около 80% (примерно столько же, сколько общаются на русском языке в уезде Ида-Вирумаа) — он единственный официальный.

«Эстонские национальные элиты ненавидят русских. Может быть, с радостью бы даже уничтожили их физически, но этого бы не поняли. Зато лишить элементарных человеческих прав, запретив пользоваться родным языком, — это, пожалуйста. Тем более, с 2022 года Брюссель и Страсбург на многое начали закрывать глаза. Русских в Эстонии загоняют в концлагерь, только не сразу, а постепенно», — считает Николай Межевич.

– сообщает Свободная Пресса

Добавить комментарий

Кнопка «Наверх»